У меня в жизне было две настоящих истерики. Первая в 12 лет. Две сломанных руки — лежу в коридоре. Читаю Стивенсона и прошу проходящих страницу перелестну. Ведь гипс на обеих руках. Девчёнки подошли и началось — бедненький давай мы тебя покормим. Мне страницу перевернуть. Не помню чт было. Помни стук зубов о гранёный стакан. После. Отпаивали.
Вторая — Кавказ. Простоял на нижней страховке 2 с половиной часа. Межсезонье. Вылезли на перевал. Разулся — ноги белые. И не болят. Работали по схеме — хлестали репшнуром, терли. И тут Володя Геллер сказал — знаешь самоё тёплое место у человека — и засунул мои культяшки себе под пуховик на живот. Минут черезх пять я начал поскуливать. Пришла боль.

я тогда в 80 был таким
Это не Володя. Это Юра учит меня жизни. Делаю вид, что учусь

Утомили эти парни, которыые умеют руками и ногами. В слове которые я сделал не оговорку. Боой длится Полторы секунды. Так меня учили.
Бой размажен во времени. Полторы секунды, как было сказано Мастером — а ведь столько длится бой — остальное танцы.

Я тогда замёрз, сильно, почти насовсем. Хотя месяц был июнь и место — Кавказ. Правда выше 2000 метров. Снежник, ледник. Ушба, Эльбрус. Всё рядом. — это я, слева. спустя три месяца. Живой.

Не реви — откуда это. Фильм-мультфильм, цитата. Пару недель тому назад сидел на скамейке. Подошёл человек , поздоровался. По имени. Спросил — ты что меня не помнишь — ответил — нет. Он мне — я вчера тебя от дерева отогнал — ты обнимал его плакал много говорил.
Видимо пора тормозить.

Я очнулся из сна, судя по тому, что не сам — не на крике. Мне снилось что то мирное. Последнее что помню — Камера — стены.
Сны странные. Отрывочные. Ч/б. Жутковатые. Давно смирился с сюжетами.

Как сегодня услышал от Матушки — мой дед, которого не застал, заканчивал Высшие Коммерческие курсы. Тогда ещё не Плехановский. Кто то из собеседников сказал — сочетание родителей у тебя не из простых — адвокатские и главбухи.